готовность к изменениям Н

«Изменения — это процесс, а не событие», — Джеймс Прохаска.
Основополагающая концепция, имеющая повсеместное применение в области здоровья, — готовность к вкладу в изменения по Джеймсу Прохаске (Changing for Good, James Prochaska et al.). Прохаска участвовал в тысячах лечебных программ и планов здоровья по всему миру, в результате чего разработал свою теорию, оказавшую огромное влияние. Поначалу Прохаска обманчиво прост. Он напоминает нам, что люди не изменяются до тех пор, пока они не готовы к изменениям. Хотя это кажется до смешного очевидным, при исследовании большинства программ по здоровью предполагают, что изменения произойдут мгновенно.

Изменения не совершаются по щелчку переключателя. Мы, работники здравоохранения и тренеры, видим, что даже если клиент умом понимает необходимость изменений, они не происходят автоматически. Как много тренеров научены немедленно отвечать на инсайты клиента в духе «Ага! И что ты собираешься делать с этим?». Когда мы очертя голову бросаемся на арену изменения образа жизни, мы часто оказываемся далеки от успеха.

Внедрив теорию изменений в нашу тренерскую практику, мы можем увидеть, что клиент проходит через шесть стадий, которые определил Прохаска:

  1. До размышления Клиент еще не понимает и не осознает необходимость изменений.
  2. Размышление Клиент видит проблему и начинает обдумывать возможные изменения.
  3. Подготовка Клиент начинает рассматривать возможные варианты (ищет ресурсы, определяет доступность, приемлемость и т. п.).
  4. Действие Клиент начинает изменения.
  5. Поддержка Клиент закрепляет достигнутые изменения.
  6. Завершение Новое поведение теперь естественно для клиента.

Наш клиент может находиться на любой из этих стадий для каждого из своих образцов поведения. Если кто-то готов заниматься физкультурой, это еще не значит, что этот кто-то готов бросить курить.

Кроме шестистадийной модели Прохаска также предложил спиралевидную модель. Люди ходят кругами. Предположим, кто-то уже перерос стадию размышления о том, что ему следует провести выходные со своими детьми, и приступил к подготовке, закупает необходимый спортивный инвентарь. Но дети решили провести это время с друзьями. Разочарованный родитель отказывается от дальнейших попыток наладить отношения с собственными детьми и сползает обратно на стадию размышления или даже до размышления. Только тренер во время очередной встречи сможет убедить клиента не принимать данный отказ слишком близко к сердцу, а подумать над другими вариантами общения с собственным ребенком.

Работа Прохаски очень глубока. Его транстеоретическая модель изменений даже учитывает терапевтическое вмешательство на определенных стадиях готовности к изменениям. Тренер должен хорошо разбираться в этих вопросах.

Dollarphotoclub_53762264-700x748

К психотерапевту приходят с личностными проблемами. То есть , когда человек чего-то хочет, но не может, и эта трудность находится в нем самом.
Есть три способа обходиться с трудностями. Первый способ — сказать себе: «Раз трудно — не буду этого делать». Однако, часто невозможно идти по этому пути, так как трудность связана с очень важной жизненной сферой. Например, человеку очень трудно говорить «нет», что же ему — всегда говорить «да»? во-вторых, таким образом обходиться с трудностями довольно опасно. Одно трудно — повесил себе знак «проезд запрещен», другое трудно — тоже «кирпич» и в этом направлении. Так можно обставить себя запрещениями со всех сторон. Предельный вариант такого способа реагирования — это самоубийство, потому что жизнь, что ни говори — штука сложная, трудная, лучше сразу успокоиться.
Второй способ реакции на трудности внешне противоположен первому. Это — путь самовнушения или самообмана. Если человеку трудно — он может сказать себе: «Да мне совсем и не трудно, и даже очень легко». «Трудностям нельзя поддаваться, поэтому их нет». Если человеку грустно — он постарается сделать вид, что ему весело, если страшно — то интересно. На самом деле этот способ реагирования на трудности не менее опасен, чем предыдущие, потому что это путь установления перегородки между своим сознанием и своими чувствами. Дело в том, что каждое чувство является ориентиром для человека, выработанным в ходе эволюции сигналом об отношениях между человеком и миром, между его потребностями и актуальной ситуацией. Потеряв опору на свои чувства, человек перестает понимать самого себя и свои отношения с людьми и миром.
Если в первом случае человек как-будто парализован перед наплывающими на него трудностями, то во втором случае он похож на бегущего вперед с завязанными глазами.
Смысл работы психотерапевта состоит в том, чтобы помочь человеку пойти по третьему пути — пути осознания и проживания. Осознание в данном случае означает понимание того, КАК я делаю себе хуже, каких счастливых возможностей я при этом упорно избегаю, выбирая не наилучший, а наиболее привычный способ поведения.
Однако, понять — не означает — изменить. Могу привести Вам один профессиональный анекдот, иллюстрирующий различия между консультированием и собственно психотерапией в узком смысле слова. «Один молодой человек приходит к психотерапевту.
— Помогите мне, пожалуйста! У меня такие проблемы, я так мучаюсь…
— Пожалуйста. В чем Ваши проблемы?
— У меня проблемы с женщинами. Как пересплю с какой-нибудь женщиной, наутро мучаюсь, думаю: «Предложить ей выйти за меня замуж или послать ее к чертовой матери?»
Психотерапевт говорит:
— Ну а почему бы не сказать: «Доброе утро!»?
На самом деле, это пример консультирования. Это консультирование может быть не очень успешным, если клиент понял слова психотерапевта как некое магическое заклинание (Говори каждый раз «Доброе утро!», и все мучения исчезнут). Консультирование может быть более успешным, если клиент вдруг понял, что в некоторых случаях не стоит спешить с решением, можно посмотреть, что подскажет сама жизнь.
Допустим, что мы имеем второй случай, и клиент, сказав: «Спасибо, доктор, я понял в чем дело!» с воодушевлением покидает кабинет психотерапевта. Если фантазировать дальше, то вполне вероятно, что через неделю (две недели, месяц) клиент вновь перешагнет порог этого кабинета и скажет: «Я уже знаю как надо, я знаю как мне будет лучше, но почему-то все равно каждый раз мучаюсь, думаю, предложить ей выйти за меня замуж или …» Это — исходная точка для возможного начала психотерапии, это — ситуация, когда человек хочет построить свои отношения по-другому, но не может этого сделать, с досадой обнаруживая, что все опять вышло «как всегда». Он не может не потому, что ему не хватает рационального знания, а потому, что он неосознанно воспроизводит «въевшийся» с годами стиль поведения.
Психотерапия означает не только осознание, но и реальное проживание своих проблем. За внешним фасадом проблемы часто стоит неосознанное избегание различных чувств. На самом деле люди бегут не от событий, а от переживаний. Они тратят очень много сил на то, чтобы не переживать страха («мужчина не должен бояться»), гнева («интеллигентные люди такого не испытывают»), смущения («что я, маленький что ли»), и других чувств, которые кажутся им «отрицательными». Психотерапевты знают, что результатом подавления страха может быть, например, парадоксальное усиление этого страха (нет лучшего способа сделать чувство хроническим, чем пытаться подавлять его; тогда оно все время будет «подступать к горлу»). За подавление гнева или смущения человек расплачивается неспособностью устанавливать близкие и нежные отношения.
Подавление эмоциональных сигналов организма приводит к потере контакта со своею неудовлетворенностью. Человек перестает понимать, что с ним происходит, и в конце концов отчаянно цепляется за «душевный комфорт». «Душевный комфорт», который зиждется на самоподавлении, приводит к утрате подлинной душевной гармонии. Поэтому психотерапия — это не простой процесс, хотя в душе, конечно, многим хочется, чтобы их загипнотизировали и через полчаса разбудили свободными и счастливыми. И несмотря на то, что в общении с опытным психотерапевтом обычно присутствует и радость и юмор, и воодушевление и облегчение, иногда приходится заглядывать в те уголки собственной души, в которые смотреть страшновато. Это потом клиент поймет, что его страхи были слегка преувеличенными, но до этого нужно решиться испытать этот страх, или боль, или грусть. Как правило, первая, а иногда и вторая встреча являются больше консультированием, нежели психотерапией. На этом можно остановиться. А можно, присмотревшись к психотерапевту и оценив свои «ставки» (надо ли мне это?), отправиться в путешествие к своей душе, за освобождением, душевным миром и просто человеческим счастьем…